Конечно, изменению внешних условий сопутствуют изменения внутренних. Но внутренние условия способны меняться и сами по себе, до известной степени независимо от внешних условий и согласно своим автономным законам. История движется волнообразно, и эти волны в какой-то мере отражают свойство человеческих натур постепенно отвращаться от привычных стереотипов мышления и заменять их новыми. (Этот процесс чрезвычайно усложняется тем, что в современных неоднородных обществах сосуществует множество групп с различными стереотипами мышления и чувства. Сейчас нам нет нужды вдаваться в эти сложности.) Автономная природа психологических колебаний подтверждается историческими фактами. Так, пылкая приверженность сверхактивным религиозным или политическим течениям обычно уступала место относительному равнодушию и любви ко всему мирскому, хотя на это требовалось разное время ? от нескольких месяцев до двадцати пяти лет.

УВсе активные религии, ?пишет профессор Крейн Бринтон в заключительном абзаце своей недавно опубликованной УДесятилетней революцииФ, ? становятся неактивными примерно спустя поколение. Мудрому, опытному и последовательно малоактивному институту, известному под именем Римской католической церкви, всегда угрожали всплески активных религий. До Лютера эти всплески неизменно подавлялись, загонялись в рамки законов и постановлений... Со времен Реформации вне Римской церкви имели место сильные всплески религиозной активности. Пыл фанатиков первой из этих волн, кальвинистов, давно успел угаснуть... Представители второй волны, якобинцы, в пору Третьей республики пошли на компромисс с плотью... Третье бурно начавшееся движение, марксизм, похоже, вступило в застойную фазу, по крайней мере в РоссииФ. Полезно проиллюстрировать колебания в ходе истории несколькими конкретными примерами. Движению францисканцев понадобилось двадцать лет, чтобы утратить первоначальный пыл.